Сара Дуглас - Боевой Топор [Искупление Путника]

Между тем дорога расширилась, и всадники, к немалому удовлетворению Гилберта, поехали в ряд. Но вот лес стал редеть, а дорога резко пошла под гору.

— Внизу действительно озеро, — со вздохом облегчения сказал Аксис.

Всадники осторожно спустились к воде. Их взорам предстало круглое озеро со странной, золотистого цвета водой, освещенной косыми лучами заходящего солнца.

Аксис взглянул на Гилберта.

— Ты слышал об этом озере? — Гилберт покачал головой.

— Должно быть, это озеро заколдовано, — хмуро предположил Аксис. — Вода не бывает такого цвета.

— Может, это вовсе и не вода, — добавил в тон ему Тимозел.

— Посмотрите! — внезапно воскликнул Арн. — На том берегу башня, — он повернулся немного в сторону и вытянул перед собой меч.

Действительно, на другом берегу странного озера стояла высокая круглая башня, сложенная из светло-желтого камня. Кое-где виднелись узкие окна, но ни одно из них не светилось.

— Выходит, мы добрались до цели, — воодушевленно произнес Аксис. — Поспешим, скоро стемнеет.

Когда отряд обогнул озеро и подошел к башне, солнце село за лес. Теперь башня казалась мрачной, неимоверно огромной, и во всей этой темной массе не видно было ни огонька, а изнутри не доносилось ни звука. Аксису показалось, что в этой громаде, в ее безмолвии таится что-то зловещее, но не поворачивать же обратно. Аксис подъехал к обитой железом двери — ни колокола, ни молотка. Пожав плечами, он постучал в дверь рукояткой меча. Никто не ответил. Стояла полная тишина, будто в башне все вымерли.

— Откройте во имя Артора! — крикнул Аксис.

Не помог и крик. За дверью по-прежнему было тихо. Аксис замолотил в дверь кулаком. Неожиданно в двери отворилось маленькое окошко.

— Кто здесь? — раздался скрипучий голос. Аксис наклонился к окошку.

— Я — Боевой Топор, командир воинов Сенешаля. Со мной топороносцы, Арн и Тимозел, а также брат Гилберт, советник Джейма, Брата-Наставника.

В окошечке показались чьи-то глаза. Они забегали из стороны в сторону и исчезли.

— Вы не те, за кого себя выдаете, — проскрипел тот же голос. Окошко захлопнулось.

Аксис снова замолотил в дверь.

— Откройте! Именем Сенешаля, откройте!

Отворилось снова только окошко.

— Ты не Боевой Топор, — донеслось из-за двери. — Боевой Топор — Фингус. А тот человек, что рядом с тобой, не советник Брата-Наставника.

Окошко опять захлопнулось.

Аксис почувствовал раздражение. Эти монахи и в самом деле давно потеряли связь с Сенешалем. Фингус был Боевым Топором несколько десятилетий назад.

Аксис снова застучал в дверь. Ответом послужил гневный возглас:

— Убирайтесь!

— Нам негде ночевать, мы устали и голодны, — произнес Аксис в отчаянии. — Пожалуйста, пустите нас в башню.

На этот раз его слова возымели действие. Застучали задвижки, и дверь отворилась.

Перед всадниками предстал седовласый маленький кругленький человечек лет семидесяти с пухлыми щечками, носом-пуговкой, невыразительным ртом и блекло-голубыми глазами.

— Вам следовало сразу сказать, что вы нуждаетесь в крове, — раздраженно произнес он. — Входите, входите.

Всадники спешились, привязали коней к железным кольцам, вделанным в стену башни, и вошли в помещение. Позади застучали задвижки, ухнул засов.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

В башне Безмолвной Женщины

Войдя в башню, Аксис, Арн, Тимозел и Гилберт оказались в большой круглой комнате, пол которой был наполовину завален на вид пустыми коробками, а вся обстановка состояла из шкафа, изогнутого по контуру башни и заслонявшего часть стены и грубо сколоченного стола, стоявшего у камина, в котором весело потрескивали дрова, освещая комнату мутным светом. В верхние этажи башни вела винтовая лестница, еле видная в полумраке.

Оглядевшись, Аксис перевел взгляд на монаха.

— Ты брат Огден?

Монах кивнул.

— Брат Огден, меня зовут Аксис. Я — Боевой Топор, командир воинов Сенешаля. Не удивляйся, это действительно так. Вы, живущие в этой башне, давно порвали связь с внешним миром. За те тридцать девять лет, что вы здесь живете, многое изменилось. Фингус умер, и теперь топороносцами командую я. Король Карел тоже сошел в могилу. Сейчас на троне Приам.

— Я помню его сопливым мальчишкой, — задумчиво проговорил Огден. — Да, время неумолимо. А Братом-Наставником Сенешаля, выходит, стал Джейм. Я правильно понял тебя?

Теперь кивнул Аксис.

— Совсем неплохо для деревенского паренька, — рассудительно продолжил монах. — Верно, став священником при дворе, Джейм сумел обзавестись влиятельными друзьями. Как бы иначе он стал Братом-Наставником? — высказав это категорическое суждение, он выдвинул из-под стола пару запыленных скамеек и, улыбнувшись, продолжил: — Садитесь, садитесь. Мы сейчас вместе поужинаем, а потом расскажете, зачем приехали в башню, — Огден повернулся к винтовой лестнице и вдруг прогремел раскатистым басом, никак не сообразовывавшимся с его внешними данными: — Веремунд!

Гилберт, собиравшийся сесть, вздрогнул от неожиданности и сел бы мимо скамейки, если бы его не поймал за руку Тимозел.

— Веремунд! — снова прогремел Огден.

Крик Огдена мог не услышать только глухой, и вскоре на лестнице появился брат Веремунд. Держа в руке плошку с горящим маслом, он осторожно спускался вниз, опустив на грудь голову и бормоча что-то себе под нос.

Веремунд, такой же седой, как и Огден, внешне во всем другом оказался ему полной противоположностью. Он был высок, а его необыкновенную худобу подчеркивала длинная шея, на которой, как на шесте, сидела круглая голова с глубоко посаженными черными глазками.

— Как, у нас гости?! — воскликнул он, спешно спустившись с последних ступеней лестницы. Поставив плошку на стол, он с жаром пожал руки гостям. — Вот это сюрприз! — Веремунд потрепал Тимозела по голове, похлопал Арна и Гилберта по плечу, но, потянувшись к Аксису, замер, заметив на его тунике перекрещенные топорики. — Как, сам Боевой Топор?! Какая честь! Огден!

Огден, склонившийся к камину и передвигавший поближе к огню стоявший на каминной полке котел, буркнул что-то невразумительное.

— Мы оба действительно рады вам, — продолжил Веремунд с немного меньшим энтузиазмом. — Правда, брат Огден не любит, когда его отвлекают от размышлений, но, думаю, не грех и ему узнать, что нового в мире. А я просто счастлив, что вы приехали. Да вы садитесь, садитесь.

— Они еще не сказали, зачем пожаловали, — заметил Огден, теперь стоявший у шкафа и громыхавший тарелками. Он подошел к свету, задумчиво посмотрел на тарелки, а затем, протерев их полой сутаны, поставил на стол.